Меню сайта

Мини-чат











Пойманный в смерть, точно в ловчую сеть,
Я слушал, как пела печаль.
Не знал я, сломав этой жизни печать,
Как больно умеешь ты петь...
Анонимный бард 5-й эпохи, известный как "Слепой страж"


Прохлада. Крики выпи. Шелест листвы. Звон ручья.
Ручей!
Я встала и... я попробовала встать - все болело, руки не слушались, ноги подкашивались. С трудом помнился путь через окраины Дол-Гулдура, встреченные орки-разведчики. Волчьи отряды забредшие так далеко - с какой целью? Как? Никем не замеченные?! Или же... замеченные. Но поздно. Да и разведчики ли они?.. Двое урук и "волченок", величиной с теленка. Бой был коротким - меткие стрелы прошили обоих орков, прежде, чем они сообразили в чем дело. А вот тварь оказалась быстрее, и последнее, что я помнила - колчан-стрела-выстрел-близко!!! И удар. И темно. Потом вроде была долгая дорога, пешком, в полубессознательном состоянии. А может, и не долгая, а такой лишь показалась. Я не понимала, куда иду, знала только, что дойти до Леди Нэрвен необходимо! Нужно рассказать о случившемся... Вот видимо здесь я и потеряла сознание.
Здесь? Это где?
А кругом были ивы. Рядом меж корней деревьев шелестел ручей, а по правую руку раскинулось платком озеро. Августовская ночь склонилась над полянкой, синим покрывалом укрыла лес вокруг и полянку, на которой я оказалась.
Эх, до чего же болит все! Утром наверняка окажется, что все тело синее - здорово же отомстила мне тварь! А пока что, пока что...

Проснулась я к вечеру следующего дня. И этот вечер принес сразу несколько неожиданностей. Во-первых - я была почти в порядке, синяков и царапин было совсем мало, и ни одно повреждение не приносило неудобства. Серьезных ран не было вовсе.
А у моего свернутого под голову плаща лежал лембас.
Про "эльфийские сухари" рассказывали такое, чему верить никакой возможности не было. Говорили, к примеру, что здоровенному мужику одного такого сухарика хватает на целый день - причем, не на день лежания на печке, а день работы в полную силу, похода или битвы. Говорили, что сухари раз от разу меняют свой вкус, становясь на языке тем, чего тебе в настоящее время больше всего хочется. Говорили, что они лечат от разных напастей - не то чтобы могли поднять смертельно раненого или исцелить чумного, но вот если у тебя цинга или куриная слепота, или с голоду открылись старые раны, или донимает кровавый понос - то это запросто...
Люди, гномы да хоббиты всем этим байкам не очень-то верили. Я не верила, а точно знала: это правда.
Умыться, переодеться в рубашку из тонкого льна, что была в мешке, постирать одежду - это оказалось не сложно, даже приятно. Боль уходила из тела, усталость пропадала совсем. А теперь можно было и покушать.
Лембас был на вкус как первые вишни...
Тихо спускалась ночь. Это место... было таким сказочным, что я даже дала ему имя. леди Лютиен когда-то жила в подобном, и назвала я его в ее честь - Ивовая Усадьба. Задумавшись я не заметила, как начала напевать:

Мотылек мой, мотылек,
Как затейлив твой полет
Не стремись на огонек -
Огонек тебя сожжет...


От незатейливой старинной песенки сжалось горло...

Легких крылышек узор
Разлетится в белый прах
Не лети на мой костер -
Вы горите на кострах...


Мало кто из жителей Средиземья помнил эту горскую песню. Она почти совсем исчезла, канув в воды Ульмо вслед за всеми песнями и сказками времен Дагор Браголлах. Ей обучила меня леди Нэрвен, Галадриэль. Она всегда плакала, когда пела ее, и невозможно было не плакать вместе с ней - вместе с этой песней ушел в чертоги Мандоса ее брат. Так странно! Его было невозможно не помнить, но имя его я так и не научилась произносить без дрожи. Тогда я была совсем маленькой девочкой, а он уже правил Нарогардом. И когда он ушел вслед за человеком, безумцем, спасителем - я плакала вместе с ней...
Вдруг мои размышления прервал голос, доносящийся с края поляны. Я замерла.

Если ищешь ты тепла -
Вот тебе моя ладонь
Пусть она не так светла -
Но не жжется, как огонь.


Невидимый певец сделал паузу, и я присоединилась к песне.

Мотылек мой, мотылек...
Ты не слушаешь меня
Как прекрасен и жесток
Золотой цветок огня..


Я не обернулась. Менестрель ( а это был менестрель, в руках у него была резная лютня, а из сумки выглядовала тонкая длинная флейта) прошел мимо меня и присел у воды.

- Спасибо за еду.
Он промолчал. А потом тихо спросил:
- Ты знала его?
- Знала... - еще тише ответила я. Я знала его так мало, и так давно! Но знала.
Он снова помолчал, а потом рассказал мне, что все это время рядом находился патруль. И что я уже на границе Лориэнского леса. На мне был старый дорожный плащ, сотканный здесь, в Керин-Амроте. Потому меня не стали будить, и убедившись, что нет признаков опасных ран или болезни оставили в покое, не отходя далеко, не подпуская в поляне зверей.Ближе к полуночи появились и сами патрульные. Их было трое, рыжеволосый Вилварин, эльф-нолдо с белыми волосами по имени Айменель, и высокий черноволосый мечник, несомненный ohtar, Ильвэ. Он же принес с собой флягу старинного "зимнего" вина, которое до боли напомнило...
- ...те времена... Говорили, что я - нолдо, но своих родителей я не знала. Они погибли в Дагор Браголлах, вместе с отрядом охранявших отход Ородрета эльфов. Меня воспитал старый вояка, человек по имени Рандир. Он был из Беорнингов, и хоть был очень стар для человека, знал воинское исскуство лучше всех в округе. мы жили у речушки Сонной, неподалеку от Бретиля. Но не долго я прожила с ним там, через несколько лет он начал болеть, и в какой-то тревоге увез меня в Хитлум.
Мерно горел костер. Тихо разматывалась нить моих воспоминаний. Было и горячо, и холодно, и больно, и сладко... Эта память не дает мне спокойно жить, но и не дает мне умереть, напоминая об estel, о...
- И однажды он умер. Самой спокойной смертью - в своей постели.
...Оттуда я попала к леди Нервэн. Меня забрал эльф из их охраны, и я росла рядом с ней. Потом... Потом было множество странствий. Я как снег на ветру - меня носит из края в край, а теперь поползли эти черные слухи... И я пришла сюда. Рассказать о том, что видела и узнать, что происходит в здешним землях.

Подкрутив колки, Тинвион заиграл. Айменель, достав из-за голенища маленькую флейту, подыгрывал - и все вместе звучало как ветер в тростнике над звонким ручьем.
На рассвете мы тронулись в путь. Патрульные возвращались домой, мечник Ильвэ был из личной охраны Галадриэль и Келеборна, и сейчас я вспомнила, что не раз видела его, молчаливого строгого воина. Тинвион шел в Керин-Амрот, и нам всем было по пути. Куда этот путь приведет меня в конце концов?..

Nilmo vanwa ar hecil vantala,
Haryan ha'iya-vaha'iya mi'rie:
Lo'te loctala, su're lindala,
Alassenya na' alat sinome.

Na'n hlaranye i simpa Yavio,
Telpine ilmenyelli tingala,
Na'n cenanye i fanya pantala
We i alquo ra'mar mi Fanyamar,

Ar enyalan i nyere oiale,
Nyere ya'n ena'nye i neuro,
Ar no'anya Nu'menna hlapuva,
Ar hendinyar topuvan matinen.




А она молчала... И улыбалась. Знаете, она может показаться даже строгой, но когда улыбается, то кажется, будто вам улыбнулось солнце.
Я вспомнила все лишь теперь. Теперь, когда не осталось шрамов и боли, теперь, когда я прочла ее дневник... Слезы сами полились из глаз, перед которыми снова появились смутные картинки...

...Большая, древняя, и все еще плодоносящая яблоня, и обнимающая ее девушка... Тогда я даже не могла вспомнить, где видела ее, а только на крае сознания искрой вспыхнуло узнавание. И снова померкло.

А теперь вспомнились и глаза, и улыбка, и отливающие солнцем волосы. Теперь стало понятно, как я смогла дойти, куда так рвалась. Теперь стало понятно, отчего очнувшись в Лориэне я не чувствовала тревоги. Теперь я могу снова улыбаться и смеяться.

Благодаря тебе, моя oselle, Долориэль...Наши пути соединились, наши жизни переплелись, и я теперь постараюсь вернуть свой долг, за спасенную жизнь и излеченую память. Мой лук и стрелы будут беречь тебя, сестричка!

Разогрейте мне руки, разотрите мне ноги
Мои мысли избиты, как ступни о дороги
Долгий путь мой остывший - облака в ноги пылью
Мне сказали - искать. Объясниться забыли.
Ночи светлые плыли вслед за днями пустыми
Глаза в небе искали то, что я так любила
Где огни светлячков над дорогой кружатся
Я искала свой дом, где б хотелось остаться
Долгий путь мой пылится, я устала от странствий
И входя в двери дома, мне хотелось смеяться!

Тавариль Тасарэ

Спасибо вам, кто встретил меня на пороге своего дома!..








Войти


Календарь
«  Хитуй 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

Поиск

Друзья

Статистика

Онлайн всего: 1
Странников: 1
Жителей: 0


Copyright Laimi Taurion © 2017


Хостинг от uCoz